ekishev_yuri (ekishev_yuri) wrote,
ekishev_yuri
ekishev_yuri

Ю.Екишев Территория возмездия

Ю.Екишев
Территория возмездия

Да придет на вас вся кровь праведная, пролитая на земле
Евангелие от Матфея

Очищение

Это лейтмотив нашего освобождения. Ход развития нашей цивилизации нарушен. Залит кровью. Кровью войны. Войны против простого народа. Внешне это имеет имущественное, «правовое», статусное оформление. Отторжение предприятий и месторождений. Уничтожение производств и отношений. Увеличение ценников в магазине и цифр в счетах за коммуналку. Езда на дорогих машинах, без правил и законов. Резня русских парней. Насилие над русскими девушками и детьми. Но фундамент один – проливаемая русская кровь.
Нет сегодня ни одного участка нашей земли, который так или иначе не был бы опустошен, полит русской кровью, слезами.
Под нами земля оккупации, земля крови. Земля, собранная великими предками. Земля, освященная их трудом и защитой, потом. С ее очищения и начнется освобождение.
Сначала это будет территория возмездия. Земля, где русский народ взыскал за каждую каплю пролитой невинной крови.
Зверь, распробовавший нашей крови, алчный и беспощадный, наглый и злой, рыщет по стране. Для него власть и есть взыскание крови.  Он не остановится, если его не остановить. Он будет идти до конца, поскольку впитал сладость безнаказанности похищенной власти над жертвами. Он будет идти до конца в своем безумии, уверенный в своей силе. В том, что кровь наша служит продолжению его рода. Что наши младенцы родились для его жертвоприношений.
Этот зверь обрел веру в свой Золотой идеал.
Для него нет смерти, той, которую он несет нам. Он живет в мире обретаемого за счет жертв «всемогущества». Его питает  гордость и спокойствие за его наследников, будущее которых он уже устроил, став в их сознании живым памятником успеха и возвышения. Вокруг он видит свое прекрасное настоящее. И ищет жертв. И там, где жертвы волнуются от запаха крови, там надсмотрщики сразу бросаются успокаивать, что больше никого не тронут. И бросают народу обещания, как кость. Что зверь будет наказан. Что яд омертвения скоро подействует. Надо только подождать. Отвлечься на созерцание нового покрашенного загона. Или на улучшение качества дневной нормы питья. Или месячной пенсии. Так было в Пугачеве, Крымске, Невинномысске…
Зверьки в толпе, одев одежды простого человека из народа, принимаются вопить, когда говорит кто-то против зверя, или начинают ныть о бескровном разрешении конфликта.
Кровь взята и пролита. Но за это не отвечено.
Кровь не смыта.
Кровь остужает сердца и души тех, кто вновь пошел покорно преклонять колена пред зверем. Ежедневно.
Сейчас вокруг территория, где смерть определяет настоящее. Для многих смерть стала технологичной. Разложенной на представления о смерти, как растянутая сладкая эвтаназия, легкое самоубийство с возможностью перевоплощения через открытия науки. Смерть в обманутом ожидании малюсенького бессмертия. Для некоторых – смерть виртуальная. Как в игре. Не страшная. Смерть как истощение столбика энергии на экране планшетника. Цена жизни – нажатие кнопки. Легко. Человек привыкает. Школьник убивает школьницу. Потому что можно перезагрузиться, если не повезет и придется отвечать. Или насладиться, если повезет и отмажут. Взрослый мужик бросает воспитание детей, чтоб порезвиться в виртуальном всемогуществе на «своем танке… создавая себе территорию своей власти… в ноутбуке…»
Информационная смерть крадется в словах новостей, статистическая – в унылых отчетах. В цифрах она размыла и стерла еще вчера живую кровь. Смерть в наркотическом космосе, даруемом на каждый день, радужными пятнами искусственной сладости, затмила реальную горечь потери живого человека. Сына.
Смерть, которую ты выбрал, лишила тебя возможности действовать и сопротивляться. Лишила тебя бессмертия. Обретаемого через достойную смерть. Бессмертия, покупаемого ценой жизни.
Территория перестала быть землей твоего рождения. Она стала местом агрессивного прорастания технологий и учений,  виртуальности и противоестественных потребностей.
Все перевернулось. Диван стал уютной домовиной. Земля стала подземельем. В котором спрессованные как остатки растений, люди при жизни превращаются в энергетически-технологический продукт, в черную массу гниения заживо, подобную нефти, которую всасывает потом ад, напитываясь энергией, так и не перешедшей в жизнь.
Продав свою душу – ты продлил существование зла.
В тебя уже проросли чуждые идеи, и смертоносные жала уже понемногу насыщаются твоей кровью.


Территория очищения.

Мы все вернем. Все – это в первую очередь русские отношения. На территории возмездия. Территории отвергнутого прорастания чужеродности. Вот там вы восстановим русское знамя. Там вернется справедливость. Там кризис перестанет действовать и качать насосом твою жизнь, как каплю нефти. Там начнется новая история русской цивилизации.
Мы не бессмертны, но вернем себе настоящую смерть. Когда русский человек на чистой земле, в чистом доме, в чистой одежде, среди большой своей семьи, насытившись удивительными днями радостного познания красоты русского нетронутого, неиспорченного мира, вновь будет делать лишь шаг в бессмертие. Мир иной. Освобождаясь.
Такая смерть была легка русскому человеку, русской семье, обществу. Несла новые силы, не исчезавшие с человеком.
«Никто не умирал тогда», раньше, по свидетельствам тех, кто еще помнит эту жизнь. Никто не боялся такой смерти. Через которую – ты был бессмертен. И только ждал соединения со своими. Со всеми, кто прошел этот путь чуть ранее.

Мы возьмем свой долг. За каждую каплю насилия на своей земле, превращенной в пепел. И очищаясь через возмездие, вернемся.
Все, кто нам навязывал нынешний мрак – будут отвергнуты.
Это не реванш. Это гораздо больше.
Поскольку я обращаюсь не только к разуму, живущему образами мщения и обиды, а значит кровожадности. Нет. Возмездие не будет звериным. Оно спокойно, как в Священном писании «руками сражаясь, а сердцами молясь Богу, они избили не менее тридцати пяти тысяч» – уничтожит только клетки опухоли. Зато все до единой.
Территория, где прекратится литься кровь русская – неминуемо может жить только одним неиссякаемым источником силы – Вышней. Святая Русь – как цивилизация, и была ответом Богу на Его Слово. Плод народного единодушия и физического причастия Богу. В отличие от всех царств мира, которых сатана показывал Христу, искушая в пустыне и указывая, что ему дана власть над всеми – мы стали той цивилизацией, власть которой не была лукавой.
Мы – территория жертвы Бога. Нет сил, сколько бы их ни было, всех вместе взятых, сильнее Той, что победила и смерть, и ад. Той, что приносит за нас Жертву безкровную.
Мы – были границей между властью права, держащейся на крови, и властью правды, основанной на возмездии за пролитие невинной крови. Мы были уже предельно противоположны с империями силы.
И вновь освобождая русскую землю от этого кровавого бремени, шаг за шагом, народ будет нести очищение. Возрождая пядь за пядью русскую землю. Очищая ее от нынешнего кровавого жертвоприношения. Взыскивая с неправедных за всю неправду, что была сотворена. Не своим именем. Не зверским хотением. Но именем очищения. Каким способом? Только одним. Его четко и ясно определил Серафим Саровский: «Народ возьмет в руки оружие…» И ни Ленину, ни Сталину, ни Ельцину, ни Путину не дано вычеркнуть из этого ни одной буквы.
Прожив год-два на этой территории, человек обнаружит, с радостью увидит, что он и его дети, его семья уже небеззащитны, и больше никогда такими не будут. Вновь становясь живым, вновь чувствуя силу, красоту жизни, тягу, подъем духа к труду, к созиданию, к защите, к воспитанию детей и заботе о семье, к взаимопомощи своим, к служению. Вновь обретая пуповину, связывающую жизнь его на очищенной земле с небом, дарующим жизнь и силы – он станет тем, кого не сокрушить ни завоеваниями, ни хитростью, не соблазнить, не отравить. Подлинная красота человека – красота живущего в нем Бога. Красота народа – красота государства, ставшего уделом Бога.
Только очищенная и освященная территория – земля строительства на прочном фундаменте. На этой территории наступит время знаний и созидания, прогресса и инноваций, занимающих свое место. Время проявления даров и реализации способностей русского человека, вновь полноводного русла русской жизни.
Там, где не будет неправедной смерти, наступит время новой истории, нового народного возрождения.  Нас ждет расцвет – и науки и созидания. И мы еще удивимся силе и красоте народного созидания, пока что замершего в гуле рынка.
Можно заставить убивать и умирать. Можно контролировать смертность и ограничивать рождаемость. Можно увеличить приток мигрантов и метисацию, растворяя носителей русского мира.
Но ничем нельзя заставить вновь рожать, возрождаться, жить полнокровной жизнью. Этого можно только пожелать, захотеть. Душа народа, организующаяся семьями и общинами, братскими отношениями и спаянностью – только она сможет ответить на этой свободной земле желанием даровать ее наследству, потомкам – народу, тем, кто народился.
Лицемерный зверь никакими «программами» и подачками не смог, и не сможет решить этот вопрос.
Для возрождения народа нужна чистая земля. Она же и основа русской государственности. Где поземельные обязанности несли самые лучшие. Те, кто сильны преодолением себя.
В таком народе есть силы питать власть лучшими, скромными, не ищущими власти. В таком народе есть мудрость взаимопомощи, и воспитания воинства, и созидательной русской красоты. В таком окружении русская женщина становится русской женщиной, а мужчина мужчиной. Каждый становится самим собой, узнает себя, занимает свое место в окружающей системе высокой жизни, заведенной самыми скромными и сильными, такими как Сергий Радонежский.
Не для того мы прошли кризис Рима и избавление от его республиканской болезни, от системы эгоистичных прав и самовластия, через падение и отступление Византии, чтоб вновь обрести их болезни. Мы последний Рим. Очищенный от наносного, подземного, низкого, подлого, тварного, гордого, самовозвышенного.
В связке «многобожие и язычество, кровавая жертва – республика и римское право» Византия убрала только первое, частично ограничив второе. Впитав с этим и все слабости и болезни Рима. Республиканский кагальный ор, в котором тонули права всех выборщиков. Весь их путь, от имущественного ценза, до устранения неугодных от верхушки. И, как компромисса, меритократии – «власти достойных», что бы это ни значило для остальных. Где «права» были не только благом, но и злом, тормозом, местом раздора, засорения, так и не преодоленных в очищении от неправедной крови. Сложение всех прав вместе взятых, не возродило обязанностей. Сложение всех божков не является Богом.
Мы шагнули в иное измерение. Измерение не прав, но обязанностей. Не борьбы за блага, но служения остальным, как внутреннего блага. Не закрытых ворот своих дворов, но открытых домов общин, плодившихся сразу по мере возникновения новых молодых семей. Строивших им новые дома быстро, без всяких понуканий и «программ поддержки молодой семьи». Без окриков егерей, что нельзя трогать этот лес, без жаждущих взять на лапу измерителей земного кадастра… Мы шагнули в обязанность заботы о своих. Не закрепленной «договорами». Не декларируемой. Естественной и очевидной. Не нуждающейся в кодификации.
Соответственно наш закон перестал быть «правом», идущим от низкого бесправия. А стал Русской правдой, идущей свыше.
Законом очищения. Законом взыскания за неправедную кровь. Отказавшись от сил, играющих роль власти в земле, политой кровью неправедных жертв, мы приобрели силу и благородство, чистоту крови, свидетельствовавшую о благом родстве с небом.
Мы стали анти-Израилем (взявшим на себя и детей своих кровь Богоубийства, цареубийства, убийства лучших русских родов и нынешнего геноцида). Русь – это анти-Израиль, который пытается овладеть всем остальным миром через пролитие крови. И наша цивилизационная война – это не реванш. Это не попытка изменить лишь расстановку сил в неравновесном положении. Это вопрос крови и возмездия. Здесь нет вопроса – кто имеет право взимать кровь. Имеющий права никогда не имеет их в достатке, и уже ограничен самим вопросом прав. Кровь взимает тот, кто имеет дары и призвание служения, и обязанности. Свободный и очищенный. Кто избран не людьми, и отвечает не перед ними. За действие и бездействие. Кто своей волей отдает все, в том числе и жизнь, не жалея ее, ради этого очищения.
Кто не видит духовно-политической картины нынешней войны – тот беззащитен. В этой войне крайне мало социально-национальных теорий, программ  и всей в целом «политики», ограничивающей руки воинства интересами, и ведущей через череду побед к сомнительному «иному порядку», шаткому, если он вновь стоит лишь на убеждениях, а не на вопросе крови.


Кровь как граница.

Между двумя противоположными мирами. Для них – чужая кровь необходимая часть, скрепляющая основание их пирамиды. Как цемент. Для нас основание – кровь наших мучеников, наших предков, наших отцов. Нашего Бога. Она нас разделяет с Израилем. Они приняли ее на себя и детей своих, на свой народец. Мы, как народ, принимаем как высшую святыню. И смешение невозможно.
Кровь разделяет нас. Кто видит эту границу, тот выбирает сторону. Кто видит черту, тот понимает, где кровь наша и пролитая нами, кровь, пролитая за нас, кровь, принесенных в жертву, и кровь очистительная…
Нет сегодня ничего, что бы не касалось этого вопроса.
Национальное унижение – кровь русских парней под кавказским ножом. Кровь солдат, проданных в Чечне. Кровь Невинномысска и Пугачева, Сагры и Демьяново, Кондопоги и Москвы – кровь Манежки.
Социальный разбой – кровь миллионов брошенных, кровь лишенных заботы пожилых людей, кровь неродившихся и умерших  от лицемерной политики «планирования семьи». Кровь, запланированная к пролитию Чубайсом и всеми либеральными «реформаторами».
Духовная мерзость – кровь детей в лапах педофилов. Кровь молодых, взыгравших по индукции в ответ на пропаганду «секса, наркотиков и рок-н-ролла», насилия и оскудения. Кровь униженных. Кровь погубленных душ.
И где тут право?
Где тут место буквам закона?
Где сила, которая «должна» взыскать весь долг? Нет и не будет. Кроме одной – той, кому дана сила взыскать за всю неправедную невинную кровь.
А «право» – это лишь возможность лить и взыскивать чужую кровь безнаказанно. В право оделись те, кто лил кровь Андрюши Ющинского, и избежал наказания. В право и конституцию завернулись те, кто высказался о том, что «умрет 30 миллионов русских, не вписавшихся в рынок». Этими же словами о законе прикрываются «творцы» Кущевки и Крымска, Пугачева и Невинномысска. Кто кинул Сербию, а за ней и всех остальных союзников, в лапы нового мирового порядка. От имени России…
Эта «ширма права» чрез смерть русских младенцев в 19 веке перешагнула к миллионам русских жертв 20-го века и пришла к нам рекой крови сотен тысяч наших младенцев сейчас. Разве нам нужно «право», чтоб понимать, что происходит сейчас?
Тот, кто не придает значения вопросу крови сегодня – слепой. Тот, кто придает и прячет этот вопрос – двойной, двоемыслящий. Никогда не знаешь, когда он выберет нужную ему сторону. Сатана, единственный хозяин анти-цивилизации Израиль подаст свой голос – и те, кто прятал свою кровь, менял имена и фамилии, скрывал происхождение – ринутся к нему. Как вирусы в теле народа. Потому они и прятались,  подвластные голосу крови – искать власти над ней. Прячась.
Так предавали царей, так разрывали присягу. Вероломно. Ломая веру. Ломая доверие. Так выедает кровь цивилизации и организации, структуры и псевдо-«церкви», армии и общества там, где нет крови Божией, где люди беззащитны, где они лишь невинные жертвы, не знающие о своем приговоре. И горе тем, кто оставит этот вопрос так и неразрешенным для своих потомков.
В будущем, переходя нашу границу – человек должен будет доказать, что он чист от пролития нашей крови. Что он не участвовал в процессах национального унижения. Что он не способствовал превращению наших русских пожилых людей в отработанный ненужный материал.
Соблюдать эту чистоту – мы обяжем всех наших потомков. Чтоб больше никогда не повторялся нынешний ад.


Организация и будущее.

Мы взялись за особое дело – освобождения отчего дома, когда большинство позабыло, что такое настоящая отцовская русская власть в стране.
В связи этим мы, как организация, стоим перед преодолением размытости в основных вопросах, которые поставила перед нами цивилизационная война с антицивилизацией-Израиль:
В вопросах крови. Те, кто ощущают в себе чуждое присутствие, чуждую игру страстей, чуждый алчный рык насилия – кто видит в себе эту границу и не переходит ее, кто борется за каждую минуту своей жизни, чтоб оставаться человеком, сохранившим честь и достоинство – тот поймет нас.
В вопросах власти. Все, кто рвутся к власти – недостойны власти. Русская власть – особого свойства. Она благородна и наследственна – и это тоже вопрос крови. И тяжка. Это ответственность и служение. Мы не боремся «за власть». Мы расчищаем место русской власти. Той, что не от людей, но от Бога. Той, что ведет вверх. И наша обязанность  расчистить территорию, где больше не льется русская кровь. Где взыскано за все. Силой и делом.
В вопросах верности и дисциплины. Нельзя выйти из семьи, не став предателем. Нельзя находиться в состоянии постоянного выбора, не став жертвой чужой «сладкой мечты».
В вопросах обратной связи. Естественная потребность и стремление делиться друг с другом теми дарами, которые получили. От происхождения и от взаимодействия, синергии с Богом. Нельзя терять ни капли полученных сил. Отношения, в которых тонет полученная энергия-сила – как процентные банки, угасающие общества и государства. Это не наше. Чуждое.
В вопросах экономики и единства общего уклада жизни, общинности. Ни капли сил, ни капли средств – наружу, врагу. Делиться со своими. Отдавать – основное русской свойство. Ты русский – насколько ты к вечеру отдал, раздал.
И в первую очередь, чтоб преодолеть и разрешить эту размытость, мы стоим перед вопросом – а что есть организация? Почему многие попытки «создать действующие организации» провалились? Куда ушла энергия их создания? А с другой стороны – даже при отсутствии выраженных на бумаге ответов – почему это в борьбе с нами никак не преуспеет наш враг? Сколько бы он ни засылал провокаторов, сколько бы ни давил, сколько бы ресурсов ни тратил… А мы все стоим! Что не может преодолеть наш противник, какую черту? И кем она проведена? Чья рука протянута нам из будущего и тянет нас вперед, не обращая внимания ни на какие потуги «настоящего»?
На костях сгинувших историй, обломках науковерия и попыток синтезировать модели государств из утопичных моделей экономики, попыток привнести чужие модели на нашу землю и привить родной почве то китайские варианты, то японские, то австралийские или еще какие… – мы возродим нерушимую Русь. У нас есть наше наследие – свой русский порядок. Уникальный. В  котором все важно. Отношения к нему и определяют наши отношения друг к другу сегодня.
Только в нем, наконец, расцветет наша общественная модель – политическая, и с ней неразрывно военная, экономическая, социальная, научная. Эту русскую модель нельзя позаимствовать, как какую-то отвлеченную истину. Она есть в проявлениях нашего единства. В нашем порядке все важно – там нет превосходства одного над другим. Но чтоб в него встроиться, надо «открепиться» от порядка, в котором шизофреники, получающие силу пролитием нашей крови, размахивают ядерными чемоданчиками. Если этого не сделать – то Сирия с тысячами жертв химических атак покажется цветочками по сравнению с тем, что способны сделать эти твари, получившие доступ к красной ядерной кнопке. И этот страх тоже должен сегодня уже служить пробуждению.
Только та организация, которая имеет четкие цели и внутренний опыт восстановления русского порядка способна удержать Русь, уже подготовленную Израилем к расчленению. Организация – это плод духа и единодушия. Одна вера. Одна воля. Одно стремление – вперед и вверх, к Святой Руси!
К той, что протягивает руку каждому русскому человеку, вселяя в него заветную тягу:
– вновь почувствовать чистоту и красоту рождения народного мира;
– вновь услышать, как повсюду зазвучат свадебные песни, а не соседские свары, пьяные скандалы в обветшавших прибежищах, которые и домами-то нельзя назвать, но не тех многоэтажках, что считают «престижными»… Народ, стремясь к идее, живя идеей, отдавал идее все. При скромном простом быте деревянного дома, идея материализовывалась в храмы и монастырские стены, служившие всем и военным оплотом, и стенами познания истины, и местом помощи и защиты. Не было у нас феодальных обособленных мрачных, довлеющих надменных замков. Не было у нас, помимо привнесенной культуры – стремления к кичливому убранству своего двора… кварталов стяжателей и накопителей, процентщиков и нахлебников…
– вновь в этом обретенном новом, вернее, очищенном от привнесенного внешнего, наносного хлама, вечном мире зазвучат и детские голоса нашего народившегося поколения, и протяжные и красивые напевы русской души;
– вновь начнется бесконечная жизнь полная той любви, без которой задыхается простой человек;
– воин будет приносить мир в эту общность;
– община будет «взвешивать» каждого по делам его, где ничего не утаится, и вновь откроются лучшие, достойные – пусть и скромнейшие, и тишайшие, но ответственные за свое дело до конца, а не только за «свой участок конвейера»…
Это будущее протягивает нам руку. Но кажется, что оно сказочно и недостижимо, хотя простой взгляд из этого будущего подсказывает: не направляйте науку лишь на то, как улучшить технологически настоящее. Так она вырождается в обыденное знание за деньги. А берите ту, которая имеет идеологически выверенное направление – как избавиться от пут технологии. Возьмите направление – как достичь нетронутого мира, а не как его переработать. Вот такая наука на самом деле инновационна. Она очищена от паутины выгоды и прибыли. Она способна погасить волчий нефтяной аппетит корпораций, и показать наши истинные скромные потребности. Она способна убедить неверующего, что не в улучшении потребления счастье, а в приобретении естественного навыка к минимуму. Она способна сказать и о себе, что честно обошла все тупики социального «прогресса», занимала не свое место – и теперь готова признаться – вновь от знания надо идти трудным путем к вере. От подсчета «кому сколько заплатить» – к тому, какие отношения выстроить и укреплять. От «улучшения» внутреннего сгорания – к источнику всех сил и энергий на свете…
Такая наука способна рассказать, не как перескочить с потребления на потребление, или не как совершенствовать мир и упокоиться в нем, истратив все силы без остатка – но как совершенствоваться для принятия Истины, как не дать погибнуть Богу в себе, как не дать убить Бога в народе.
Любая идея материализуется. И Русь, как идея, как Третий Рим, была стремлением к материализации следования живой Истине. Не омертвевшим культурным набором. Не накоплением. А отдачей.
Путь материализации безверия – путь войны. Он пришел к нам. Нашу путь – путь очищения и обретения мира.


Идея единства

Общности образуются отношениями людей к Истине. Отношения – плод духа, реализация, раскрытие в видимом мире невидимого.
Общности, необходимые для разговора с людьми, определяли все – от историков до теоретиков идеологий. Кто-то говорил о толпе, кто-то о классах, кто-то о массе. Все дальше уходя от самой загадочной общности – народа. Путем описания классов и масс. Путем вычленения в них передовых и отсталых. Все осторожнее стали подходить к слову народ. Все спекулятивнее.
Народ остался в стороне, для тех, кто путем крови творил политику. Не русскую. Анти-русскую Анти-народную. Разделяя и стравливая. Внося яд разделения. По сути смерть. Как только будет преодолено это разделение – мы победим. Нет в стране такой организации, нет в мире силы, способной победить русское народное единство.
Начало организованности – это единодушие, за которым появляется, пусть и кратковременное проявляемое, родство душ и неразрывное действие. Все это, как волна, идет до достижения стратегического предела. До исчерпания внешних границ мотивации. И задача освободительной организации – не оседлать этот процесс. А быть с народом. И дойти до конца. Сделать победу – стратегическим пределом. После которой – уже не будет ни партий, ни дробления.
Пока что нет еще единодушия в русском народе. Поскольку не видно путей реализации правды. Правды, как способа взыскания за невинно пролитую кровь. Пока что есть еще путаница между правом и правдой. Пока что есть еще надежда у народа на самозванцев, на тех, кто «назвался властью», что они прекратят пролитие крови. Пока что есть еще до-верие к ним.
Потому и нет у нас «политики». Поскольку политика – производная духовного состояния, а оно сегодня расшатано. У режима одно состояние – хватать и хапать. У народа – совсем другое, еще неопределенное.
Мы каждый день ходим мимо тех, кого завтра зарежет мигрант. Каждый день встречаем глаза тех, кого завтра изнасилуют и, хорошо, не задушат. Каждый день слышим еще беззаботные голоса тех, кого завтра выбросят на улицу, кто пополнит ряды сотен тысяч русских сирот. Каждый день нам попадается тот пожилой человек, сердце которого остановится, лишенное лекарств и заботы.
Это тоже порядок. Только чуждый. Чужой. Но это порядок. Новы и мировой. Он уже повсюду. И все худшее со всего мира, скоро приползет его путями к нам. Это организация жизни, определенная чуждым духом.
И его надо изменить.
Наша цель будет достигнута, когда будет освобождено отчее место. С этого момента движение прекращает свое существование. Нам вовне не надо ничего. Обретение русской власти, какую даст нам Бог, а не сатанистские выкормыши на отчем месте – предел движения. У вновь возникшего русского государства – будут те задачи, те пределы, то устроение – которое сегодня не вправе навязать никто. Это будет плод единодушия русского народа.
Отсюда естественное требование к внутреннему устройству организации – взаимопомощь и дисциплина. Использование внутренних ресурсов для решения всех проблем: имущественных, экономических. Энергия должна оставаться внутри. Более того, в условиях противостояния с силами, обладающими огромными ресурсами, надо учитывать тот факт, что побеждает тот, кто научился тратить минимум энергии. Ни капли сил на лишнее. Реализация в реальности виртуальных связей.

Ложь захватила мир. Ложь – это выгодно преподнесенная полу-правда. Орудие манипуляций. Яд для цивилизаций. Лукавство окутало весь земной шар, как некий туман. В этом тумане люди с двойным дном вышли на поверхность и тащат вверх по лестнице своих. Любыми путями. Путями революций и захвата государств. Путями тайных троп. Путями пятых колонн. Их сила – в пролитии крови. Хочешь проверить человека – дай ему денег и власти. И они падают один за другим. И тянут других. Стремятся повязать, замазать остальных этим же. Так народ втягивают в братоубийство. Их движение – вниз. Твари питаются ложью и народной кровью.
Мы вытесним тварей, не став в ответ тварями… Ведь встав на путь их кровожадности, а не возмездия, мы рискуем стать с ними единым целым.
Мы вытесним тех, кто пришел убивать и грабить, насиловать и изгаляться, наживаться и повелевать рабами – когда встанем в ряды иного порядка. Сомкнемся с этим порядком. Будем жить в нем, защищать его, служить ему, растворяться в нем, растить в нем своих детей. Уже сейчас.
Наше движение – через единство вверх, не только к истокам, но к Источнику силы.

Tags: Екишев, Екишев Юрий, НОМП, Русь, взаимопомощь, воин, воинство, война, государство, манежка, народный ополченец, национализм, национальная политика, нация, номп, ополчение, парабеллум, прямое действие, психология победы, путинский режим, русская мысль, русская правда, русская сила, русские дети, русский вопрос, русский выбор, русский порядок, русский психотип, русское возрождение, русское государство, русское действие, русское дело, русское освобождение, русское слово, социальная политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment